Category: природа

Category was added automatically. Read all entries about "природа".

я

Слепые в крапиве.

Ловлю себя на том, что перестал любить и понимать чужие письменные тексты. Это плохо: именно в чтении, понимании и интерпретации чужих письменных текстов заключается моё ремесло.
Однако, посудите сами... вот я беру журнал "Октябрь", апрельский номер за с. г.; в разделе литературной критики нахожу статью Ольги Маркарян "Путями медведя и барса". Статья - о прозе Ирины Богатырёвой и Александра Григоренко. "Кадын" Богатырёвой и "Мэбэт" Григоренко я читал и рецензировал, "Потерял слепой дуду" Григоренко не рецензировал, но читал, тема статьи - "миф в литературе" - мне интересна. Открываю статью и начинаю вникать...

"Здесь прочерчены невидимые и нерушимые границы, и всем хорошо известно, какая территория чужая. Заступить - умереть. За кражу только смерть. Но ещё страшнее всё-таки украсть, потому что получится как с этими детьми".

Одному ли мне кажется, что здесь что-то не то с логикой высказывания?
Читаю дальше...

"И хотя сказка с мифом в сложном родстве, у Григоренко они друг другу не помогают".

Прежде чем попытаться определить, каким образом автор разумеет значения терминов "миф" и "сказка", нужно удостовериться, понимает ли он смысл слова "хотя". "И хотя у них сложные отношения, они друг другу не помогают". Что за хрень?...
А вот - абзац статьи. Занимательный процесс - отследить все логические связи этого абзаца...

Collapse )

Способность оформлять свои мысли - неврождённый навык, такой же как способность плавать или водить машину. Я, например, не умею водить машину, но я и не сажусь за руль. Григоренковский Шурик родился глухонемым, от этого у него были сложности с абстрактным мышлением, которые привели его к гибели. Но Шурик не называл себя литературным критиком и не печатался в отделе критики журнала "Октябрь".
Одну-то такую статью можно вытерпеть. Но ЭТО становится нормой и всего нынешнего "российского политического дискурса", и профессионального общения, и бытового общения. Люди ещё соблюдают нормы синтаксиса в русской речи, но уже перестают понимать, какой смысл несёт в себе синтаксис. Они - как слепые в крапиве.
я

Майкопские строфы.

Яхонты, алмазы и рубины
Где-то в вышине над головой.
Спят кристалловидные вершины.
Наползает сумрак грозовой
На поля и мокрые крушины.
Из раструба трепетной долины
Раздаётся оклик горловой.

Зависает долгая синкопа
В полукруге каменных валов.
Это не предчувствие потопа,
Это голос тихого Майкопа,
И замысловатая Европа
Зовом откликается на зов.

Там, северо-западом, ни брода,
Ни следа в сплетении пучин.
Там в глубины сероводорода
Не проникнет радостный дельфин.
"Стены императорского свода
Проседают, но жива природа" -
Так китаец вымолвил один.

Всё душнее от людских молений,
Огненные степи всё лютей.
Чернокрайний, умбровый, олений
Неба растопорщенный плютей
Надвигает ватную заглушку
На широкогорлую волнушку
Местопребывания людей.

Стынет над землёю гриб поганый,
Отражая отсвет городской.
Множится и тихнет звук органный,
Замирая возле Мостовской.
Засыпают тёмные курганы.
На дома и красные поляны
Ниспадает медленный покой.
я

Александр Адельфинский. "Скажи "Ап" зелёному богу". Рассказ.

Новый рассказ Адельфинского...

Он лежал на воде лицом кверху Collapse )

Текст публикуется в полном соответствии с авторским синтаксисом (но с изменением нескольких пунктуационных знаков).
я

Иосиф Бродский. "Tornfallet".

Швеции посередине
Лежу в луговине,
Слежу краешком зренья
Облачное круженье.

Вдовушку манит север -
Оборвала весь клевер:
-Будет тебе веночек,
Миленький мой дружочек.

...Как нас венчали зори
Там, в гранитном соборе,
Свадебной лентой снежной,
Сосен речью мятежной.

Озера лик овальный,
Зеркала блик хрустальный,
Ты, и волны, и блеск опала -
Трещина зазияла.

Каждой полночью чёрной
Огненно и упорно
Рыжее солнце твоё светило -
И прибавлялась сила.

Голос твой глуше, тише.
Слушаю и не слышу
Звуки "Ласточки синей"
За звуковой пустыней.

Вечерние тени
Крадут цвета, измеренья.
Там, где цвело лугов убранство, -
Ледяное пространство

Умиранья и ночи.
Вижу близкие очи
Звёзд. Вот и Венера.
А меж нами - безлюдная сфера.

(перевод Кирилла Анкудинова).